Едiл Жаңбыршин, председатель Комитета по экологии и природопользованию Мажилиса Парламента РК, доктор технических наук

В последние десятилетия глобальная экология и устойчивое управление отходами стали приоритетами для большинства стран. Казахстан, как и многие государства, сталкивается с серьезными вызовами – ростом объемов бытовых отходов, недостаточной технологической базой, ухудшением состояния экосистем и необходимостью сокращения углеродных выбросов.

Эти вызовы требуют комплексного подхода и внедрения инноваций. Ключевая задача – преодолеть существующие барьеры, так называемые шлагбаумы, сдерживающие развитие эффективной системы утилизации и переработки. Их открытие необходимо для внедрения современных технологий и трансфера знаний, способных кардинально изменить ситуацию. Эффективная система управления отходами, интегрированная в стратегию углеродной нейтральности и опирающаяся на инновационные технологии и новые регуляторные подходы, становится одним из ключевых инструментов достижения климатических целей.

Согласно Environmental Performance Index (EPI-2024), Казахстан занимает 99-е место из 180 стран по уровню управления отходами. Частные показатели также низкие: 84-е – по объему отходов на душу населения, 89-е – по контролируемому размещению, 54-е – по уровню переработки.

Фактически перерабатывается лишь 3,7-4% отходов, тогда как в странах-лидерах – Германии, Южной Корее, Швеции – уровень переработки достигает 50–95% ТБО.

Казахстан стоит на перепутье: продолжать линейную модель «сбор – захоронение» или сделать стратегический разворот к циркулярной экономике, где отходы одного производства становятся ресурсом для другого.

Переход к такой модели амбициозен, но реалистичен в условиях глобальных трендов и технологий четвертой промышленной революции. Ключевым условием успеха станет технологическая трансформация и внедрение передовых экологически чистых решений в сфере управления отходами. Казахстану важно не просто наращивать мощности переработки, но и формировать целостную, ресурсно-ориентированную систему обращения с отходами.

В этом контексте адаптация опыта стран, таких как Китай, Сингапур, Южная Корея, Германия, Швеция и Япония, успешно внедривших принципы циркулярной экономики с применением новейших технологий и активной законодательной поддержки, может стать ключевым шагом для внедрения передовых решений в Казахстане.

Текущая ситуация в Казахстане

Ежегодно в Казахстане образуется около 4,5-5 млн тонн твердых бытовых отходов (ТБО), из которых в 2024 году официально собрано более 3,8 млн тонн – на 23,8% больше, чем в 2022 году. При этом уровень захоронения также растет: в 2024 году было захоронено около 3,2 млн тонн, а суммарный объем отходов на полигонах достиг 48,3 млн тонн. С 2022 года ежегодный прирост объема захоронения составляет 10-12%, что существенно превышает темпы роста населения – 1,3-1,4% в год.

Из 3016 зарегистрированных полигонов лишь 20,7% соответствуют экологическим нормативам, что свидетельствует о слабом контроле и низком уровне инфраструктуры. В регионах сортировка отходов проводится слабо и неравномерно.

В 2024 году из 19 городов на сортировку поступило 1,06 млн тонн отходов, из которых лишь 29,1% были отсортированы, а всего 3,7% переработаны в продукцию. Перерабатывающие мощности распределены неравномерно: в Астане – 100%-ная загрузка, в Караганде и Актобе – около 90%, в Алматы – 73%, в остальных регионах – 26,4–60%.

В сельской местности ситуация особенно сложная: в регионах с высокой долей сельского населения (Алматинская, Туркестанская, Жамбылская области) услуги по сбору и вывозу ТБО ограничены или отсутствуют. Контейнерных площадок и централизованных систем вывоза практически нет.

Институциональные барьеры и законодательство

Современная законодательная база Казахстана в сфере обращения с отходами пока не поддерживает в полной мере переход к циркулярной экономике. Основной документ – Экологический кодекс РК, закрепляющий принципы «загрязнитель платит», устойчивого развития и предотвращения загрязнений. Однако специализированного отраслевого закона, регулирующего комплексное управление отходами, нет.

Отсутствуют четкие нормы по раздельному сбору, цифровому учету и мониторингу потоков отходов, а также стимулы для переработки и замкнутого цикла. Координация между Министерством экологии и природных ресурсов и Министерством промышленности и строительства затруднена, а местные органы власти испытывают дефицит финансирования и методической поддержки.

Кроме того, региональные схемы обращения с отходами отсутствуют либо развиты недостаточно, что тормозит создание единой технологической цепочки – от сбора и сортировки до переработки и утилизации.

Международный опыт и технологические решения

В условиях роста экологических рисков все больше стран отказываются от традиционного линейного подхода «производство – потребление –утилизация» в пользу циркулярной экономики.

Мировая практика управления отходами демонстрирует следующие устойчивые технологические мегатренды:

Первый ключевой тренд – цифровизация: автоматизированный учет, отслеживание потоков отходов в реальном времени, применение сенсоров и аналитических платформ для управления сбором, логистикой и переработкой.

Второй – роботизация и использование искусственного интеллекта для высокоточной сортировки фракций, что позволяет значительно повышать качество вторичных ресурсов и снижать долю загрязненного сырья.

Третий мегатренд – энергетическая утилизация отходов (Waste-to-Energy): современные мусоросжигательные установки с многоступенчатой фильтрацией и генерацией тепла и электроэнергии становятся частью национальных энергосистем, как в Швеции и Китае.

Четвертый – развитие мобильных, модульных и децентрализованных установок для переработки, особенно актуальных для отдаленных и малонаселенных регионов.

Пятый мегатренд – укрепление роли расширенной ответственности производителей (EPR), которая требует от бизнеса участия в утилизации собственной продукции и упаковки. Этот тренд имеет особое значение и предполагает полную ответственность компаний за сбор и переработку упаковки и товаров, а также внедрение цифровых платформ для контроля и отчетности.

Шестой глобальный тренд – внедрение конвергентных технологий на стыке ИИ, биотехнологий, наноматериалов и сенсорики, что позволяет создавать интеллектуальные, энергоэффективные и экологически безопасные решения в сфере обращения с отходами. Биотехнологии и органическая переработка – ключевые направления для управления пищевыми и органическими отходами через анаэробные установки и компостирование, успешно реализуемые в странах Азии.

Важно отметить, что Казахстан должен стремиться к интеграции самых лучших практик из разных регионов мира, включая Европу, США, Китай и страны Юго-Восточной Азии.

Европа: Германия, Швеция и Нидерланды активно развивают циркулярную экономику, внедряя WtE-установки, интеллектуальные системы сортировки с ИИ и роботизацией. При строгих экологических стандартах действуют меры поддержки «зеленых» технологий – гранты, субсидии и регуляторные песочницы, позволяющие тестировать инновации в реальных условиях при минимальных административных барьерах.

Швеция пошла еще дальше, практически исключив захоронение ТБО (менее 1%). Национальная система Waste-to-Energy превращает отходы в тепло и электроэнергию, при этом выбросы строго контролируются автоматическими фильтрами и системами мониторинга. Более того, страна импортирует отходы из соседних государств, рассматривая их как энергетический ресурс.

Германия активно использует технологии роботизированной сортировки с элементами искусственного интеллекта и компьютерного зрения, что обеспечивает точное разделение фракций (бумага, пластик, металл, органика). Это повышает рентабельность переработки и снижает количество загрязненного вторсырья. Германия – один из лидеров по внедрению модели расширенной ответственности производителя (EPR), когда компании отвечают за упаковку от производства до переработки.

В Нидерландах всего 7% отходов отправляется на свалку – все остальное перерабатывается тем или иным способом. При этом 20% от общего производства электроэнергии – из отходов. При сжигании отходов производится пар, который потом можно преобразовать в электричество и использовать его для производства или для отопления домов.

Более 1 млн тонн отходов из крупнейших стран Европы, таких как Великобритания, Ирландия и Италия, сжигается ежегодно в голландских печах.

Китай – крупнейший производитель отходов в мире: ежегодно образуется свыше 230 млн тонн ТБО. Урбанизация и рост благосостояния увеличили объемы мусора, 60-70% которого по-прежнему захоранивается. Средний показатель – 1 кг на человека в день (в мегаполисах – до 1,5-2 кг). Основу составляют органика (45-50%) и пластик (15-20%).

Страна активно развивает мусоросжигательные установки с многократной фильтрацией, а также инфраструктуру переработки и WtE. Закон о предотвращении и контроле загрязнения твердыми отходами (2016 год) регулирует полный цикл обращения с отходами. Национальная программа «Зеленый город» стимулирует сокращение объемов отходов и переработку, действует политика ограничения одноразового пластика, а в Шанхае внедрена обязательная система раздельного сбора.

Ключевые технологические решения включают более 600 WtE-заводов, развитие биогазовых установок, химическую переработку пластика и программы расширенной ответственности производителей (EPR).

Отдельного внимания заслуживает опыт города Чанша, где несколько лет работает суперэкологичная мусоросжигательная станция Waste-to-Energy  (WTE). На этой WTE-станции в сутки 9000 тонн ТБО без сортировки и 1000 тонн ила используется в качества топлива для выработки электроэнергии мощностью 200 МВт. Современный подход промышленного парка города Пинху в провинции Чжэцзян тоже заслуживает особого внимания. Здесь используются цифровые платформы для отслеживания потоков отходов в реальном времени, что обеспечивает прозрачность и контроль на всех этапах. Внедрена система комплексной переработки иловых осадков очистных сооружений: осадки биохимически обрабатываются, обезвоживаются и сушатся, после чего применяются для производства строительных блоков и цемента, а также сжигаются для генерации тепловой энергии. Такие решения позволяют утилизировать до 90% осадков без захоронения, значительно снижая нагрузку на окружающую среду.

В последние годы Китай упростил процесс получения разрешений на строительство экологически чистых заводов и мусоросжигательных установок, снизив барьеры для иностранных и частных инвесторов. Страна активно развивает технологические инкубаторы, которые помогают новым компаниям адаптироваться к местным условиям и поддерживают разработку инноваций.

Юго-Восточная Азия

Следуя схожей стратегии, Южная Корея делает акцент на цифровой контроль и персональную ответственность. В Южной Корее активно развивается модель «умного» города, где управление бытовыми отходами осуществляется с помощью цифровых платформ и IoT-устройств, обеспечивая мониторинг наполненности контейнеров и оптимизацию маршрутов сбора. Это позволяет снизить издержки и улучшить экологическую обстановку.

Внедрена система «умных» контейнеров с RFID-метками и весовыми датчиками, которые фиксируют объем и вид выбрасываемых отходов. На этой основе реализуется модель «плати за то, что выбрасываешь», стимулирующая граждан к сортировке и снижению объемов мусора. В результате уровень переработки органических отходов превышает 95%, один из самых высоких в мире.

Сингапур. В Сингапуре и ряде стран Юго-Восточной Азии работают мобильные установки для переработки отходов, что решает проблему в отдаленных и малонаселенных районах. WtE-технологии здесь внедряются через частно-государственные модели (DBO – Design, Build, Own) с упором на инновации и эффективность. Проект Tuas Nexus – интеграция утилизации отходов и очистки воды с энергетической автономностью и биогазовыми технологиями – стал образцом комплексного подхода.

В Сингапуре внедрена система EPR (Extended Producer Responsibility) для электронной и упаковочной продукции через Producer Responsibility Scheme (PRS), включающая обязательства по сбору, переработке, отчетности и программы 3R (Reduce, Reuse, Recycle).

Для ускорения внедрения экологических инноваций применяется Regulatory Sandbox – тестирование технологий с временным смягчением нормативов и контролем рисков. Одобрены пилоты в сфере WtE: контейнерный газификатор для биоотходов, производство биоугля и платформа обратной логистики по сбору отработанного масла.

Сингапур также использует «умные» контейнеры и RFID-метки для контроля потоков отходов, повышая эффективность сбора и переработки.

В Японии основное внимание уделено плазменной газификации – передовой технологии, позволяющей разлагать отходы при температуре свыше 3000°C. В результате образуется синтез-газ, который используется для выработки энергии, и стекловидный шлак, применяемый в строительстве. Из шлака, получаемого при сжигании мусора, строятся острова. Это практически исключает токсичные остатки и необходимость захоронения.

Из пищевых отходов получают органические удобрения или даже биотопливо. В частности, в биотопливо превращается переработанное кухонное масло, на котором ездят городские автобусы и мусоровозы.

В Тайване единственный мусорный полигон мог бы стать образцом для подражания для остального мира. По данным Администрации охраны окружающей среды Тайваня, 55% всех принимаемых отходов проходит вторичную переработку. Все это делает эту густонаселенную страну в 23,5 миллиона человек лидером в этой сфере наряду с такими странами как Австрия, Германия и Южная Корея. Этот показатель намного выше, чем у тех же США, у которых, по данным ОЭСР, этот показатель варьируется в районе 35%.

Кроме того, множество стран Юго-Восточной Азии активно поощряют иностранных инвесторов, предоставляя налоговые льготы, гранты и субсидии для внедрения новых технологий в сфере обращения с бытовыми отходами.

США: Соединенные Штаты демонстрируют комплексный подход, совмещая законодательные инструменты, цифровые технологии и переработку. В ряде штатов действует система Extended Producer Responsibility (EPR), обязывающие производителей нести ответственность за всю жизненный цикл упаковки и продукции.

Кроме того, активно применяются IoT-сенсоры в контейнерах для оптимизации маршрутов сбора, а также развиваются мощности по биологической переработке и компостированию. Некоторые города реализуют инициативы Zero Waste, направленные на сокращение образования отходов на всех этапах жизненного цикла продукции.

Центральная Азия: Узбекистан и Кыргызстан

Узбекистан – лидер в Центральной Азии по внедрению WtE и мусоросжигательных технологий. За последние годы построено несколько крупных заводов, что значительно улучшает ситуацию с отходами. В малых населенных пунктах внедряются модульные установки, позволяющие снизить затраты на инфраструктуру и сделать технологии доступнее.

Законодательство становится более гибким: создаются благоприятные условия для инвесторов, упрощаются процедуры и снижаются барьеры в экологической сфере. Для внедрения зарубежных технологий предусмотрены налоговые льготы и субсидии предприятиям, применяющим инновации в переработке и экологически чистом производстве.

Кыргызская Республика начала строительств трех WtE-станций за счет китайских компаний, обладающих суперсовременными технологиями.

Учитывая международный опыт, для Казахстана стратегическим шагом к устойчивому развитию является открытие «шлагбаума» для инноваций в управлении бытовыми отходами.

Нам не хватает механизма гражданской осознанности, демократичности в процессе управления бытовыми отходами. Последовательные действия Парламента и Правительства позволят создать устойчивую систему циркулярной экономики, повысить качество жизни граждан и обеспечить долгосрочную экологическую безопасность страны.

Международный опыт подтверждает: устойчивое управление бытовыми отходами возможно только при комплексном подходе, объединяющем законодательство, технологии и экономические стимулы. Для Казахстана ключевая задача – снять барьеры для внедрения передовых решений и технологий.

1. Законодательные инициативы:

Отраслевой закон с цифровым учетом. Сейчас нормы об отходах разбросаны по Экологическому кодексу и подзаконным актам, а цифровая система отслеживания потоков отсутствует. В настоящее время ведется обсуждение с экспертным сообществом нового отраслевого закона об управлении отходами, который должен предусматривать создание единой онлайн-платформы учета, мониторинга и контроля потоков отходов, а также стать нормативной основой для формирования устойчивой системы обращения с отходами на принципах циркулярной экономики.

В действующих законах упомянуты переработка и повторное использование, но нет четкой концепции замкнутого цикла с целевыми индикаторами по сокращению захоронения и увеличению переработки, как в ЕС.

Региональные программы с учетом логистики. Действующие программы носят декларативный характер и редко учитывают транспортные схемы и инвестиционную привлекательность. Необходимы обязательные логистические карты и экономическое обоснование для каждого региона.

Технологический приоритет. WtE регулируется постановлениями (в том числе №166-п от 13 июня 2025 года), но не закреплен как приоритет в законе. Роботизированная сортировка и плазменная газификация не отражены в нормативной базе, стандарты и стимулы для их внедрения отсутствуют.

Усиление полномочий и финансирования местных органов. Акиматы отвечают за отходы, но ограничены в финансировании. Нет закрепленных механизмов для привлечения инвестиций и долгосрочного планирования под переработку или WtE.

Интеграция в климатическую стратегию. WtE и циркулярная экономика – инструменты сокращения выбросов парниковых газов и метана с полигонов, роста переработки и повторного использования. Это снизит углеродный след, обеспечит новые рабочие места и повысит энергетическую безопасность.

2. Технологические приоритеты:

WtE-станции под локальные условия – сжигание смешанных отходов, включая иловые осадки, с предварительным осушением. Отказ от дорогостоящей полной сортировки на первом этапе, как в Китае.

Экологическая безопасность – системы фильтрации с улавливанием более 98% вредных выбросов и золы.

Пилотные регионы – запуск проектов в столице или крупных городах, где концентрация отходов и энергосети позволяют интегрировать WtE.

3. Меры для внедрения инноваций:

Упрощенные аукционы – упрощение требований к подрядчикам, но высокие экологические требования к поставляемым технологиям, снижение финансовых гарантий.

Регуляторные песочницы – создание технологических кластеров (хабов) для тестирования технологий с минимальными административными барьерами.

EPC-контракты – комплексная модель «проектирование – закупка – строительство» для прозрачности и сокращения сроков.

Разработка законодательных мер стимулирования инноваций в области управления отходами.

Инвестиционные стимулы – субсидии, налоговые льготы, долгосрочные контракты.

Заключение:

Решение проблем управления бытовыми отходами требует как системного, так и комплексного подхода, основанного на сочетании современных технологий, эффективного законодательства и экономических стимулов.

Открытие «шлагбаумов» – устранение административных и рыночных барьеров – становится ключевым шагом к построению устойчивой системы, способной обеспечить экологическую безопасность и экономическое развитие Казахстана.

Переход к циркулярной экономике невозможен без внедрения инноваций и создания условий, в которых отходы превращаются в ресурс. Успех возможен только при партнерстве государства, бизнеса и общества, поддержанном современной нормативной базой, гибкими регуляторными условиями и высокой экологической ответственностью граждан.